Проклятие для леди

Глава 1

Маленькая девочка играла с тряпичной куклой в школу, сидя на ковре. Кукла должна была научиться читать. Куклу звали Молли, девочку – Мэри-Энн, и они обе жили в поместье «Дикие розы» - с отцом. Мать Мэри-Энн умерла так давно, что девочка ее не помнила, и знала только по паре портретов и миниатюр.
На одной, казалось, была нарисована сама Мэри-Энн – тот же вздернутый носик, те же светлые кудряшки, только глаза на портрете были не непонятного зеленоватого цвета, а синие, как летнее небо. Портрет был в медальоне, медальон – в ящике стола, а стол стоял в кабинете папы. Он там работал и принимал посетителей - в основном дам, хотя время от времени наезжали и джентльмены, желавшие заглянуть в будущее.
Папа девочки был предсказателем с королевской лицензией, и довольно модным. Поэтому днем чаще всего кабинет не пустовал. Зато по утрам или вечером, перед сном, Мэри-Энн частенько прокрадывалась туда, чтобы полюбоваться на разные интересные штуки: барометр в медной оправе, часы с резными фигурками, зеленоватый стеклянный шар на специальной подставке, красиво раскрашенный глобус и книжки на полках – все в кожаных переплетах, а некоторые еще с такими чудными картинками.
Сама Мэри-Энн научилась читать уже давно, она даже сама не помнила, как это произошло, и теперь, в шесть с половиной лет, могла уже похвастаться многими прочтенными книжками. А вот Молли грамота никак не давалась. Кукла молчала и лишь улыбалась вышитым ртом. «Вот перестану читать тебе сказки на ночь, сразу захочешь научиться» - пригрозила кукле Мэри-Энн, потом вздохнула, взяла Молли под мышку и пошла искать отца. Сегодня такой хороший день – может, он сходит с ней погулять в лес? Мэри-Энн вздохнула еще раз и пробормотала: «И он скорее всего скажет - только ненадолго, дорогая. Я очень занят. Да, да. Очень!»
Дверь кабинета была распахнута. Мимо девочки пробежала очень бледная горничная, прижимая к лицу передник. «Джон!» - закричала она где-то у кухни – «Джон, седлай лошадь и езжай за доктором!» Мэри-Энн осторожно заглянула в кабинет. На старом кожаном диване лежал незнакомый мужчина с лицом еще бледнее, чем у горничной. Рубашка его была вся в крови, сюртук валялся на полу, блестя влажными пятнами. Отец и старая няня суетились у дивана с бинтами и корпией. Незнакомец, казалось, был без сознания – но вот глаза его открылись, и он странным, изумленным взглядом уставился на девочку, стоящую в проеме двери. Казалось, что он увидел привидение. Отец обернулся вслед за его взглядом и укоризненно сказал: «Мэри-Энн, что ты тут делаешь? Детям не следует смотреть на такое. Няня, уведите ее в детскую!» - а раненый вдруг приподнялся, схватил отца за руку и захрипел что-то невнятное – Мэри-Энн разобрала только «Прости, я не знал… Опасность… Вам надо…» - и тут, конечно, няня взяла ее за руку и повела наверх, сердито ворча про то, что в ее время маленькие девочки не совали свой нос куда не следует.
Мэри-Энн вздохнула и снова уселась на ковер с книгой и куклой. День явно складывался неудачно. Она чувствовала себя напуганной и из-за раненого в отцовском кабинете, и из-за его странного взгляда, и из-за того, как он торопливо, словно захлебываясь словами, что-то захрипел склонившемуся к нему отцу на ухо. Странное предчувствие кольнуло ее в сердце, а потом холодным тяжелым комком поселилось в груди. И когда она услышала на лестнице торопливые шаги, она встала и покрепче прижала к себе куклу. «В той толстой книжке было написано, что когда ты чувствуешь опасность, то это называется прекогния. Интересно, это она и есть? Сейчас отец войдет и скажет, что мы уезжаем… куда-то»
Отец не вошел, а, казалось, ворвался в дверь. «Мэри-Энн, собирайся!» - хрипло сказал он – «Мы уезжаем. Срочно. И дай-ка мне Молли… на минутку. Пусть она подержит кое-что важное. Она ведь умница, правда?»
Мэри-Энн кивнула и протянула отцу куклу. Отец сделал какое-то странное движение, как будто вкладывал в куклу что-то невидимое. Впрочем, Мэри-Энн уже ничему не удивлялась. Она взяла куклу и крепко прижала ее к себе одной рукой, а вторую протянула отцу. Ей очень хотелось спросить про того человека в кабинете, но что-то подсказывало, что сейчас этого делать не стоит. Они спустились по лестнице и прошли мимо кухни. К черному ходу. К конюшне.
«Постой здесь» - сказал отец, когда они вышли во двор – «Джон уехал за доктором… я сам запрягу лошадей. Нам придется ехать в карете, потому что у меня нет ни портала, ни… ладно, ты все равно не поймешь. Но что бы ни случилось – не бойся. Я послал вестника. Нас встретят.»
Мэри-Энн кивнула. Она прочла про порталы и свитки порталов в книге с толстым кожаным переплетом и серебряными уголками уже давным-давно. Она немногое поняла тогда, и сейчас понимала ненамного больше, но все равно знала, что это такое – портал, и что такое вестник, и еще многое другое. Она так любила читать, а детских книг в доме было так мало! Но, наверное, сейчас не время говорить отцу об этом. Впрочем, времени никогда не бывает достаточно. Она знала и это. Отец был всегда чем-то занят, чем-то очень важным, конечно, но все равно ей было грустно.
Пока она думала про все это, отец почти весело крикнул - «Карета подана, моя юная леди!» - посадил ее внутрь и велел держаться покрепче, потому что они поедут быстро, очень быстро, и улыбнулся, закрывая дверцу. Но Мэри-Энн видела, что глаза у него печальные, а пальцы слегка дрожат. Вздохнув, она поерзала среди подушек, устраиваясь поудобнее, и посадила Молли рядом с собой, как будто они просто выехали на прогулку. Все было так странно, и Молли сама стала странной, от нее почему-то щекотало ладошки, а кончики пальцев слегка немели.
Карета резко тронулась с места и покатилась, набирая скорость. Позади остался дом, старая няня, кабинет с книгами, странный незнакомец на диване и все, что Мэри-Энн знала и любила. Впереди было что-то большое и пугающее, но что именно, девочка не могла разглядеть, как ни старалась. Делать было нечего, кроме как думать о непонятном и бояться неизвестного, и конце концов она почувствовала себя уставшей и заснула.
Проснулась она внезапно, от того, что падала куда-то вниз и в конце концов ударилась о что-то твердое. Мэри-Энн открыла глаза и изумленно огляделась. Это не ее комната, не ее постель, а еще непонятно, отчего ее так трясет и подбрасывает? Внезапно она вспомнила – она в карете, они с отцом бегут от кого-то или чего-то, и это карету трясет, потому что отец гонит лошадей вовсю.
И ударилась она потому, что во сне свалилась с сиденья кареты на пол, а Молли упала тоже и теперь лежит рядом, растрепанная и в помятом платьице. Мэри-Энн взяла Молли в руки, чтобы привести ее в порядок, и вскрикнула, потому что Молли теперь не просто щекотала ладошки, она их обжигала. Девочка нахмурилась. Этого еще не хватало! Это ее кукла, и она должна ее слушаться и вести себя хорошо. Она посмотрела на Молли и сказала сердито: «Молли! Ты плохо себя ведешь! А ну сейчас же, быстро прекрати жечься! А то я рассержусь очень-очень сильно и отправлю тебя в чулан!» Мэри-Энн не поняла, как это получилось, но кукла перестала обжигать ей руки и даже щекотать. Это была ее прежняя любимая кукла, слегка выцветшая от времени, слегка растрепанная, в новом платьице, которое недавно сшила ей няня.

Я ведь весной это не выкладывала, нет?
Пишу продолжение, но мееедленно…

Всякие странности и новости на других сайтах:

загрузка...
http://lagunam.ru/ Мужские трусы из китая недорого.

Leave a comment